Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных

URL
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
22:21 

/ soon enough we reached Neverland, peacefully my feet hit the sand

roses are red and black eyes are blue, she holds herself together with superglue
удивительно, мне всегда не представляло сложности ассимилироваться с окружающим миром и мимикрировать в «свою». так и в этот раз - я привыкла уже на улицах говорить «scusa», задев кого-то, спросить, могу ли заплатить картой в табачном магазине и уточнить, как пройти к стадиону. улыбчивые и невиданно добрые соседи-южане научили меня готовить болоньезу и пасту с цуккини и тушёным беконом и, по-моему, совсем не собираются на этом останавливаться (а я и рада). Джованни говорит: «мы сделаем из тебя настоящую женщину!» университет мне нравится, профессора высушеные временем, властные люди - невероятно умные и невротичные, отзывчивые. русских как грязи - не знаю, радоваться тому или нет, но ни с кем сближаться не тянет, со всеми приятельские отношения, настороженные. расстояния (после Москвы-то) греют мне душу: за 2 часа перерыва я успеваю поесть, подремать и почитать за обедом. сейчас - спроси меня - и я предпочту жить вот в таком вот маленьком городке, чем жить в толкучем Милане, голосистом Риме или вороватой Болонье. по вечерам мы с Катей ходим за вином в энотеку, которую держит немолодая украинка (buonaserata! - ой, здрасьте, девочки, что же вы так официально-то), после встречаем Мохаммеда (из Египта, прожил 6 месяцев в Москве, влюблён безоглядно в нашу культуру и народ) и полчаса болтаем под дверью о мусульманах, об их привычках, шутим. по выходным я езжу к Фаусто, или он ко мне - разлука не больше трёх дней, но не спокойно всё равно. этого времени не достаточно, чтобы друг от друга отвыкнуть, поэтому режет ножом как по живому. когда я в Бари, родители его во мне души не чают, кормят меня, расспрашивают (а как у вас? а почему так?), обнимают, и я чувствую, знаю, что у меня появилась вторая семья. когда Фаусто приезжает сюда, мы покупаем много еды, я готовлю, гуляем, ездим в соседние городки.
в конечном итоге я пришла к выводу, что не такое уж и большое различие между нами и итальянцами (наименьшее из всех центрально-европецев, как по мне): та же мафия, продажные политиканы, brainwash по тв, противостояние севера и юга и отсутствие какой-либо организованности. с оговоркой на то, что здесь в разы стабильнее и безопаснее: как финансово, так и физически. южане - воистину люди золотых сердец, абсолютно безграничной доброты, наивности и открытости. если жить в Италии, то только на юге, но в городке размеров Форли (если меньше, то это уже сплетни, узколобость и предубеждения).

был один особенный день, который врезался в память. мы поехали в Римини, было пасмурно, тучи плотно нависали прямо над головой. город пустой, лишь ветер и местные - не сезон. приехали и сразу пошли на море. никогда море не производило на меня большего впечатления - беспокойное, мрачное. мы гуляли вдоль побережья несколько часов. и почему-то хорошо помню детали: чаек, сидящих на самом краю берега, и двух собак носившихся туда-обратно, в воду и на сушу, таких радостных, что было понятно - вот они, свобода и счастье, простое и без слов понятное. вся Италия, в общем-то об этом, о таком вот счастье.

15:55 

/ yesterday

roses are red and black eyes are blue, she holds herself together with superglue
после этой поездки в Петербург подумала, что если не сложится с Италией, если что-то пойдёт не так с намеченным планом, буду поступать на магистратуру в северную столицу и, соответственно, переезжать.

01:33 

/ there was little we could say, and even less we could do

roses are red and black eyes are blue, she holds herself together with superglue
сегодня встретились с Никитой. не то, чтобы мне от него что-то было нужно, тут скорее дело в том, что мне было скучно и хотелось движухи. хотелось его помучать, хотелось убедиться в том, что он остался там, где был, что он всё ещё по мне страдает и всё такое. самолюбие потешить. приехала туда с невероятнейшего похмелья, так что если у меня и были мысли как-то конкретно выстроить своё поведение, показать нужное и скрыть ненужное, то я была физически на это неспособна. на удивление, всё прошло гораздо лучше, чем я думала. он вырос, многое понял и осознал, хоть и не принял. было как-то по-человечески хорошо его увидеть, как старого друга со знакомыми повадками и привычками (здесь явно прослеживается напев ностальгии). хотя что-то осталось прежним: он всё также утопает в жалости к себе и не делает вещи, которые have to be done. мне совершенно не хотелось его жалеть, и я была прямолинейна. он копается в прошлом, как оказалось, не может меня отпустить, потому что ему не хватает тех сильных эмоций, которые были между нами. это нехило стимулировало его в творческом плане, поэтому сейчас он мучает окружающих его девок, пытаясь вытянуть те эмоции, найти их. на что я ему ответила вполне очевидное и банальное "не ищи, оно тебя само найдёт, а так ты мучаешься и мучаешь людей вокруг себя. и дай ты себе продохнуть, прошло полгода, тебе сколько лет, столько ведь ещё впереди". и я даже не знаю, что меня больше confused: то, что ему нужен лишь небольшой push, и он двинется дальше, или тот факт, что в какой-то момент я поняла, что вот мы сидим, два взрослых человека, и отстранённо и спокойно говорим обо всём, что было постфактум, без всяких страстей и порывов. конечно, с его стороны не без драматизма, не без призрачной надежды (которую я добиваю ногами и близлежащими предметами - но без особого усердия - а она, как водится, сука, живёт). я никогда не умела дружить с бывшими - обычно это вело к прекращению общения в любом случае. вероятно, дело ещё в том, что я чувствую себя этакой мудрой совушкой, он ко мне апеллирует как к авторитету - а учитывая, что у него серьёзные trust issues, и ему просто не с кем об этом поговорить, мне всё это льстит. да, мне клёво, я чувствую обожание, нежность и огромнейший фидбэк, но как только я уеду - всё это прекратится, что очевидно. Маша вчера правильно сказала: когда ты играешь в такие игры, ты играешь в первую очередь сама с собой.

upd.: всё фигня. он кем был, тем и остался - обрамление выглядит красиво, а суть внутри всё та же. держать голову в чистоте, а любимого мужчину в спокойствии. не стоит оно того.
запись создана: 18.08.2016 в 03:09

00:31 

/ когда я дойду - я признаюсь, что если состарюсь, я состарюсь с тобой

roses are red and black eyes are blue, she holds herself together with superglue
единственная мысль, которая помогает мне переживать разлуку день ото дня, неделю за неделей - это мысль о том, что однажды я приеду и останусь рядом навсегда.

URL
21:47 

/ even the darkness has arms

roses are red and black eyes are blue, she holds herself together with superglue
вернувшись в Москву, я поняла, что не могу здесь жить. я не могу строить коммуникацию с людьми, которые обращаются к тебе только тогда, когда им что-то надо (особенно если твоя родная сестра такая). рабочие отношения, как и поверхностные знакомства здесь не беру, говорю только о тех, кто заявляет себя, как близкие. я хочу, чтобы меня слышали, хочу, чтобы меня уважали - и это те вещи, которые даны по праву каждому, за которые не надо бороться на уровне диалога, они должны быть. и если это нужно объяснять - это заведомо пустая трата времени. я не могу смотреть на шумиху, поднявшуюся вокруг отмены Аутлайна, но обошедшая стороной взрывы в Бангладеше. я понимаю, что у нас сейчас столько этого ада, нас так активно им кормят отовсюду, что все уже и свыклись. Лиза долго жила в Бангладеше (родители - послы), и благодаря ей вся лента фейсбука заполнена некрологами. три месяца назад у меня были билеты из аэропорта Брюсселя в Москву, ровно в тот же день произошли взрывы, куда я чудом не попала, проспав. то есть одной из пострадавших вполне могла быть я. в конце июня купила билеты в Италию с пересадкой в аэропорту Стамбула, и в ту же ночь прогремели взрывы. папа шутит, что перед каждой поездкой мне стоит звонить в соответствующие службы и сообщать, чтобы заранее всё проверяли - целее будем. и каждый раз я читаю новости и посты близких погибших, смотрю репортажи и плачу. это ведь всё ужасно реально - окровавленные тела, трупы с открытыми глазами, выжившие без ноги или руки - а мы так привыкли, что живём славно и безопасно, что нас вроде бы больше касается отмена музыкального фестиваля, чем это. никто и думать почему-то не хочет, что это могли быть их одноклассники или одногруппники, мамы и папы, мужья и жёны, лучшие подруги и любимые, знакомые им люди, которых разом унесёт из жизни один акт насилия. понимаю, что если переживать из-за каждой прибитой мошки, можно с ума сойти, но этот случай ведь гораздо масштабнее. один из боевиков в Турции был русским, а это значит, что они среди нас, может в вашем дворе или в вашем подъезде. понимаю, что паника и страх - не выход, нельзя разобщаться, нельзя переставать любить, ведь это то единственное, что мы можем отдать миру в такое время. но как это можно замалчивать и просто игнорировать - это за рамками моего понимания. в конце концов, я не могу находиться без него. как говорится, не мил мне белый свет. я куда-то хожу, смеюсь чужим шуткам, пью, улыбаюсь старым знакомым, занимаюсь приятными и не очень делами, но он - это единственное, о чём я думаю 24/7. каждый раз, смотря на часы, я думаю, как долго ещё до вечера (вечер = конец дня, конец дня = встретимся быстрее). я пыталась объяснить и преподнести свои мысли каким-то близким людям, и осталась непонятной. но он верно сказал - это только наше, и я знаю решения верные для меня, для нас, пусть для остальных они и выглядят ridiculous. кроме банальных коснуться рукой, проснуться вместе, заглянуть в глаза, очень скучаю по невероятному чувству безопасности рядом с ним, по чувству что мы вдвоём против целого мира. и даже если что-то пойдёт не так, главное - чтобы он был рядом, а с остальным мы справимся.
чем дольше живу за границей, тем больше интуитивно чувствую разницу между тем, как должно быть, и тем, как есть. я люблю этот город, это моя родина, люблю своих друзей и семью, которые здесь живут, но пока у меня есть возможность выбирать, это не станет местом, где я хочу жить.

URL
20:35 

/ laughing out loud

roses are red and black eyes are blue, she holds herself together with superglue
..и Ф говорит: "это всё потому, что вы, русские, шуток не понимаете". меня обжигает обида, как в детстве, когда ещё не понял, что так расстроило, а слёзы на глаза сами наворачиваются. подскакиваю, ошпаренная, ухожу в библиотеку заниматься, хотя запланировано было кино досмотреть. иду, закуриваю, а руки от бессильной злобы трясутся, и огонёк зажигалки нервно подрагивает. пока иду, понимаю, что: во-первых, парадокс именно в том, что я обиделась на шутку, и я русская из нас двоих (он неизбежно формирует представлении о нации, наблюдая за конкретным представителем, и какие-то черты подсознательно вплетаются, как "русские" - у меня то же самое с "итальянскими" чертами - вытравить такое до конца не получится, но что-то можно объяснить, что это вот я такая, это вариативно, не у всех так); во-вторых, дело здесь не в том, что я шуток не понимаю, а в самой этой реплике. у обоих моих родителей необычное чувство юмора (для наших широт принятое, но я его в больших количествах не перевариваю никак), так что даже в детстве я имела дело с сарказмом и иронией - а ты поди объясни ребёнку, что сказано всерьёз, а что нет - и, естественно, я понимала далеко не всегда. и когда я воспринимала шутку всерьёз (к слову, я и сейчас так делаю иногда) и обижалась, то слышала именно эту фразу - "да ты просто шуток не понимаешь". и это расстраивало ещё сильнее - ведь выходило, что я маленькая, чего-то здесь не понимаю, да ещё и не соответствую какому-то социальному коду. когда он сказал это, реакция была именно такой, какой всегда была в детстве, не смогла я это проконтролировать. а сейчас я думаю - ну кто сказал, что моё чувство юмора должно кому-то соответствовать? почему, если я считаю, что шутить над чьими-то страхами или проблемами - некрасиво (при условии, что человек сам так считает, конечно же), то у меня плохое чувство юмора? в мире так много злобы и так много препятствий, которые надо будет преодолеть, что если близкие люди сознательно обижают меня (или, соответственно, у меня плохое чувство юмора), то зачем мне такие близкие люди. подобные выпады от родителей и сестры, как и от чужих людей, я стараюсь игнорировать, а близкие друзья знают, над чем шутить не стоит, где я тонкокожая. но когда он это сказал и ровно в такой же формулировке..я просто не ожидала (и пошли мысли: а что, если я действительно какая-то не такая, что всё, что все эти люди говорили обо мне, действительно правда, что делать-то теперь - но лишь на секунду). о Ф тут речи, понятно, не идёт. перед ним надо будет извиниться и объяснить. но сначала позаниматься, раз уж пришла в библиотеку.

02:22 

/ to die by your side is such a heavenly way to die

roses are red and black eyes are blue, she holds herself together with superglue
мы с Ф не разлучаемся больше, чем на пару часов. мы вместе засыпаем, вместе просыпаемся, вместе завтракаем и ужинаем, вместе считаем, сколько денег осталось до конца месяца, вместе пишем мне эссе, вместе водим его маму по городу, вместе сидим в компьютерах бок о бок, каждый занимается своим делом. он запоминает о вещах, о которых я говорю мельком, и дарит по поводу или без (так непривычно, раньше я всегда была той, кто это делал). мы спланировали, куда поедем, когда закончим бакалавриат, где заведём семью, сколько хотим детей, какую кухню, и какие цветы будут расти на заднем дворе. даже если это останется только мечтами, и всё будет совершенно по-другому - неважно, главное, чтобы он рядом. он мечтает о том времени, когда я приеду в Италию, он говорит: "я хочу показать тебе тот мир, в котором я жил до тебя, я хочу, чтобы ты стала его частью". он фотографирует меня, когда я сплю, и умиляется моим даже резким ребяческим порывам. я не могу представить утро без него рядом без очков, такого беззащитного и невинного, не могу представить и дня без возможности его обнять, заглянуть в глаза, просто посмотреть (что называется, ласкает взор). я прежде ни разу в жизни не чувствовала такого единения с человеком (я и подумать не могла, что это возможно с человеком другой культуры, если у меня и со своими-то не было). я недавно раздумывала, что я сделаю, столкнувшись с выбором прежняя жизнь + семья и друзья / жизнь с ним + интеграция в чужую культуру? второе, не задумываясь. моя семья, мой город и мои друзья всегда будут при мне (мысленно и как часть моей культуры), а потерять его возможностей гораздо больше. и я не хочу. счастье там, где он. (как бы мне хотелось говорить об этих чувствах не напыщенно, но для меня это такое откровение, что в голову лезут одни книжные клише. я не умею об этом говорить, не то, что писать)
незаметно пролетели 4 месяца, и вот сейчас наступила последняя неделя занятий. завтра в два часа дня мне нужно сдать первое эссе на 3000 слов, а я весь день не могу за него сесть. после внезапного вечернего минета в кампусе среди деревьев сейчас уже и не сяду, завтра проснусь пораньше и примусь за работу. на неделе ещё 2 (3?) пылающих дедлайна, а потом в Москву на пару дней. очень хочется и скучается по моим милым мордашкам, но я знаю, что как только я проведу с каждым из них по часу-два времени, мне больше и не надо будет. и можно ещё месяца на 4 в разъезды.

02:53 

/ looking forward to

roses are red and black eyes are blue, she holds herself together with superglue
29.04.2016 в 06:37
Пишет не думай.:

«я хочу с тобой состариться», говорит он мне,
и я верю, что это навсегда
и я хочу, чтобы это навсегда



URL записи

01:15 

/ love never felt so good

roses are red and black eyes are blue, she holds herself together with superglue
я просыпаюсь от жара в 38 градусов каждое утро около 8. перелезаю через него за таблеткой. вставляю наушники в уши, жду, пока спадёт жар. смотрю, как он спит: по-детски причмокивая губами, инстинктивно шаря рукой по кровати, когда не прижимаюсь к нему, зарывшись по самые уши в одеяло, хотя в комнате душно. за окном поют птицы (живу в центре города, окна выходят на крышу, ни одного дерева рядом, откуда?!), на кухне гремят посудой и громко переговариваются, испанка кашляет за стенкой, солнце мигает из-за задёрнутых штор. и такое всё это родное и близкое, будто всегда так было и всегда так будет, будто время наконец замкнуло круг («время — это плоский круг», простите мне немного подмену понятий), и я всегда ментально находилась в этом моменте, он всегда был предопределён для меня, только вот я не знала. и почему-то многое перестаёт быть критичным и страшным — даже долгая разлука — потому что внутри успокоение, штиль, дзен. недавно ему говорила: любовь всегда была для меня цунами — ты ходил-бродил по берегу, и тут, тебя такого маленького, незначительного, накрыло и снесло огромной волной, и захлёбываешься, пытаешься всплыть и ухватить воздуха с поверхности, в носу щипет, во рту солоно, мотает тебя, крутит из стороны в сторону. но со временем я всегда седлала эту волну, встав на доску, и делала это до тех пор, пока она окончательно не сойдёт на нет, и я потеряю к ней интерес. тут другое. будто утро ранее-ранее, когда воздух чист и прозрачен, звенит, океан до самого горизонта, аж дух захватывает от его величины, и я медленно, наслаждаясь захожу в него, спускаюсь на самое его дно, отращиваю жабры, и все местные обитатели мне друзья. невероятное, незнакомое мне прежде ощущение.
из недавних записей на бумаге от 15 марта:
«я всю жизнь думала, что причина любви — то, какой ты, то есть любят тебя за определённый набор качеств. но, как оказалось, тебя любят просто потому что ты — это ты, даже если ты капризный ребёнок, даже если ты отказываешь в желаемом, даже если ты неправ. надо было (читай: "хотелось") казаться тонкой, женственной, загадочной, только бы тебя полюбили, хоть немного, хоть чуть-чуть. но когда тебя впервые любят, беспрекословно и всей душой, понимаешь, что становишься той, которой всегда хотела быть — истончаешься, мудреешь, говоришь меньше, впитываешь больше. но полюбили-то тебя не за это».

03:52 

/ sing me to sleep

roses are red and black eyes are blue, she holds herself together with superglue
мало кто знает, я об этом нечасто распространяюсь, но у меня проблемы со сном (сначала написала «со мной», что тоже от правды недалеко). они затягиваются на целые сезоны, перемежающимися короткими периодами дзена, режима и вычерченного до минуты распорядка дня. проблемы, собственно, две: не могу проснуться и не могу уснуть. и если не могу проснуться грозит сорванными дедлайнами и последующим их активным разгребанием, то не могу уснуть — совсем другого рода. я лежу ночами, пялясь в потолок, буквально утопая и проваливаясь в матрас под эмбиент в наушниках (флешбэки от разного рода наркотиков), не способная ни к какой осмысленной деятельности вроде чтения, работы или учёбы. часто пью, чтобы уснуть, со временем помогает всё хуже. варюсь в собственном соку, жру себя, ковыряю старые болячки. и это ад. я сон люблю, жду, приманиваю как дикого зверёныша, науськиваю еле слышно. пробовала не спать, но меня начинает срубать в середине следующего дня, но опять нервно, чутко, кошмарю. в подобном положении есть всего три случая, когда я быстро засыпаю: пьяная в дым, обкуренная, и если кто-то спит рядом. вариант упиваться каждый вечер, как и накуриваться, не рассматривается, поэтому о третьем. если мужик, ещё и обнимает — вообще идеально, согреваюсь от тепла его т(д)ела, вслушиваюсь в часовой механизм сердца, и тягуче и сладко втекаю в сон. если просто человек рядом спит — тоже хорошо, слушаю мерное сопение, наблюдаю за невинностью и красотой спящего, как раскидывают руки, путаются волосы, чуть приоткрыты губы, дышу в такт, и, видимо, ассимилируясь, оказываюсь во сне. это я всё к чему: планы на завтра поистине наполеоновские, но Ф в Италии, мои 200 мл виски стремительно подходят к концу, а шмали купить я ещё не успела. сладкое забытье мучает меня своей близостью и невозможностью свершения.

19:39 

/ lost in the dark

roses are red and black eyes are blue, she holds herself together with superglue
заметила, что, видимо, попадаю в категорию девочек-жертв, потому что на меня в основном клюют особи, предпочитающие именно таких. надо уточнить, что не в ту категорию, что все такие тихие беззащитные цветочки, и не тех, кто постоянно в беде и при этом абсолютно несамостоятельны. я умею решать свои проблемы, какого бы рода они ни были, принимаю решения единолично и базируясь на своих ощущениях по большей части, могу себя пьяную ли, объюзанную ли, здоровую ли, больную ли до нужного места донести и уложить. тут речь о каком-то врождённом мужском инстинкте причинить боль. пойми меня правильно, если когда-нибудь мужчина ударит меня в бытовой ситуации, ноги моей рядом с ним не будет. но вот в шутку ущипнуть, во время возни «на лопатки положить», в постели приложить — вообще за милое дело. и все они жадно впиваются взглядом в лицо, им нужна маска боли, они от неё непередаваемый кайф ловят. такие люди находят друг друга по наитию, распознают по тому, как человек эмоции выражает, подобное к подобному. обыкновенно эти люди ищут острых ощущений как в жизни, так и в сексе. не исключаю возможности, что однажды кто-то замучает до смерти, но для обеих сторон оно того стоит. всегда находила особое удовольствие отслеживать в себе и в других животное и смотреть, что случиться, если это поощрять и культивировать. человек потому и является человеком, что перерос эту часть себя, но тёмные стороны есть у всех. и как показывает опыт, они не менее прекраснее светлых.

21:40 

/ questions of silence

roses are red and black eyes are blue, she holds herself together with superglue
если вписывать всё, что со мной происходит, в одну реплику, это будет «мой мир никогда не станет прежним».
сначала о городе. я знаю, что видела Брюссель далеко не во всём его величии, но уже влюбилась в него. мне нравится выражение fell in love, «упасть в любовь», не чета нашему «влюбиться», словно вторгнуться куда-то — со мной случилось ближе к первому. на ликах святых у церкви у моего дома нарисованы глаза с ресницами жирным чёрным маркером, а напротив неземной красоты зимний сад. ходишь по затоптанным туристами центральным улочкам, всё чинно и благородно, а глянешь в переулок — там граффити во всю стену. погода здесь для этого времени типичная: льёт и ветер леденющий. и если в Москве моё настроение очень зависит от погоды, то тут я покупаю чашку какао по пути домой, а по приходу бегом в горячий душ — вот и всех проблем. я знаю, просто знаю, что весной и летом он будет прекрасен и пахуч, как дерзкий юнец с еле заметным шрамом в уголку губ и шапкой непослушных кудрей. окна моей комнаты выходят на крышу, и я уже представляю, как упоительно будет сидеть на ней в тепло, пить крепкое, смотреть на город. когда-то я научила себя любить Москву, путём долгих вглядываний в её получёрствую ледяную сердцевину и адаптации к её варварским нравам. к европейским городам я всегда относилась по-разному: Вена казалась мне слишком выверенной, стерильной, Рим — шумным и душным, Париж — слишком любвеобильным и показушным. не значит, что мне всё не то и не так, а просто не моё. я приехала в Брюссель и впервые за долгое время почувствовала себя то, что называется «в своей тарелке». терпеливо дожидался нашей встречи, и теперь, когда она произошла, обнял мою душу своими старинными отреставрированными фасадами и новомодными стеклянными зданиями и решил больше никуда не отпускать. а я и рада в плен ему сдаться.
теперь о людях. как мне нравится, что здесь тебя не оценивают по одёжке: ни внимательно рассматривающих бренд твоей сумки взглядов, ни обсуждений за спиной. конечно, есть те, кто любят посплетничать, но они скорее исключение, чем правило. люди смотрят в глаза, больше обращают внимания на то, что ты говоришь и твой образ мыслей. умеют слушать. вся атмосфера здесь способствует бескорыстности: захожу к болеющей соседке, чтобы налить чаю и развлечь её, потому что на её месте я бы хотела того же. в России это бы восприняли как дичь, если не как вторжение в личное пространство. если говорить о тех, с кем я дружу, то не хочу сказать, что они особенные — просто люди со своими плюсами и минусами. и так вышло, что нам друг с другом проще и легче, чем с остальными, вот и всё. и те вещи, которые бы невероятно раздражали меня прежде в Москве, здесь воспринимаются как досадное недоразумение и..ты просто двигаешься дальше, не копаясь в деталях.
ну и о чувствах. как-то так вышло, сложился где-то во Вселенной паззл, и у меня возникли чувства к мужчине. взаимные. я их не искала, не ждала, даже скорее не хотела. Ф учит меня говорить о чувствах, искренне и сразу, как нахлынуло (и так действительно гораздо проще), учит не бояться, особенно не бояться быть непонятой, учит верить людям, учит отдавать и не считать, сколько. я просыпаюсь почти каждое утро с ним в одной постели и улыбаюсь. меня носят на руках, когда усну, хвалят, осыпают комплиментами, кормят с неустанной заботой (еда от итальянца, только представь), тепло укутывают и прижимают во сне. наши разговоры преодолевают языковой барьер, мы начинаем понимать друг друга, даже когда не хватает слов. разговоры ведутся приятные, скорее раскрывающие личность — нет вот этих надсадных русских страданий о том, как тяжела жизнь была. да, тёмные эпизоды есть, но о них говорится спокойным тоном и вскользь — потому что это было, это прошло, и сейчас уже не имеет значения. он учит меня не перемалывать детали, не обсуждать их и отстрадывать, а видеть полную картину, самую горящую суть. мы оба знаем, что это всего на 6 месяцев. но зачем из-за условностей не стать частью чего-то прекрасного, большего, мудрого.
мой мир никогда не станет прежним. и слава Богу.


Download Sixpence None the Richer Kiss Me for free from pleer.com

04:12 

/ dog days are over

roses are red and black eyes are blue, she holds herself together with superglue
ощущение, что долго находилась в душной и затхлой комнате, а теперь выбралась и не могу надышаться. переезд в Бельгию снёс меня счастливым гиганстким поездом — я даже не представляла, что ждёт меня, какой мир откроется. дни пролетают динамично, радостно, красочно: вот мы едим первую вафлю, шоколад течёт по рукам, мы все в нём измазались и хохочем, как счастливые дети; вот я продрогшая и замёрзшая сижу в комнате у Фаусто, он готовит пасту, я болтаю ногами и о том-о сём; вот я пьяная подхожу к Джорджио, будто сошедшему с обложки кино про хороших мальчиков, смущаюсь и веду себя в общем-то глупо. и всё это совсем не ново, но who cares. я не говорю, что забыла о том и о тех, что и кто были в Москве — я общаюсь с самыми родными постоянно, очень хочу поделиться с ними всем этим. бывает и грустно, даже одиноко, тогда и скучаю. но по большей части на это нет ни сил, ни времени.
сквозь меня словно течёт ручей, прозрачный как слеза, и сквозь него я вижу как прошлое, так и настоящее абсолютно чётко, без примесей и призм. сразу стало видно, что побочное, что паразитирующее, что надуманное. чувствую себя очень свободно и как-то..успокоенно что ли. словно всё в моих руках, я могу сваять и выстроить всё, что душе угодно. огромное поле для свершений и изменений, дерзай лишь. будто стоишь на крыше невероятно высокого здания, ветер обдувает лицо и путается в волосах, а внизу всё мелко и неважно уже. охуенно.

18:10 

/ sit down beside me

roses are red and black eyes are blue, she holds herself together with superglue
раньше всегда воспринимала любовь как вихрь, накал, надрыв — когда без него совсем никак, когда напрочь забываешь себя до встречи с ним, когда готова посвятить всё своё время ему и забить на работу/учёбу/друзей, когда живёшь острым ощущением пронизывающей всё твоё существо любви. и каким же невероятным открытием для меня стало, что любовь может быть рекой, мерно шумящей и спокойной, перетекающей в водопад и распадающейся на мелкие ручейки. учусь не выплёскивать своё плохое настроение, не накручивать, не психовать без повода, не доставать от скуки. я не говорю о том, чтобы искоренять в себе ради всего этого какие-то привычки, напрочь вжившиеся в характер, без которых я — уже не я: вредность, капризность, ребячество. но очень хочется стать друг для друга тихой гаванью, поддержкой и опорой: а для этого нам обоим придётся постараться и пойти на уступки.
идёт только пятое января, а ощущение, что полмесяца прошло — много событий, маленький отрезок времени. пытаюсь осознать свой отъезд через месяц, получается лишь частично. во-первых, я позволяю себе исполнять свои желания, не задумываясь о том, кто и что подумает: приехать к ребятам на вечеринку, тянуть бутылку пива до трёх часов ночи, а потом пойти спать. наверное, я немножко фуфел, потому что так и надо жить — вот какое подозрение закралось. во-вторых, почти всё становится мелким и неважным.какие-то вехи, конечно, остаются, но они такие очевидные, что озвучивать их вслух не вижу смысла. сейчас я могу только довести все возможные дела до логического завершения, не оставлять сожалений и хвостов. уезжаю на полгода, вернусь — всё и вся, включая меня саму, будет другим, там уже и будем разбираться. поэтому впадаю в некий анабиоз, сижу сама в себе в уютном коконе, наслаждаюсь любой окружающей обстановкой и даже самой простой рутиной — заканчивается этап в моей жизни, который не повторится ни местом, ни людьми, ни эмоциями. выпить всё до последней капли и двигаться дальше.

17:54 

/ поезжай, моё сердце, куда-нибудь наугад

roses are red and black eyes are blue, she holds herself together with superglue
приезжаю к Шоне, немножко курим, открываю пиво и плюхаюсь в кресло. хочется скинуть все дела под отговоркой "ну это уже в следующем году", но понимаю, что дела нужно заканчивать сейчас. включён энергосберегающий режим - то ли погода, то ли чёрт пойми, что - быстро устаю, выйдя из дома, мечтаю забраться обратно в постель, ем понемногу и редко, сплю по 12-13 часов, при условии наличия этого времени. часто снятся сны про семью: что родители вместе, что где-то отдыхаем, ругаемся или смеёмся. я уже давно пережила развод родителей и приняла тот факт, что у каждого из нас четверых своя жизнь, но в это время года мне особенно не хватает былого. вспоминается один год (мне было было лет 10-12), и мама с папой поругались прямо в новый год - даже тогда это был праздник, было счастливее и сказочнее, хоть и страшно. сейчас конец года воспринимается как какой-то страшный дедлайн, к которому я не успеваю всё закончить. пытаюсь сознательно успокоить себя - что это не конец света, есть ещё начало следующего года, чтобы закончить всякие мелкие дела - но это не работает. нет ни денег, ни, соответственно, подарков, ни сил, ни соответствующего настроения.
люблю, как последний выдох: кажется, что воздух должен был давно закончиться, а он длится и длится, заземляя, выдавливая из меня все остальные мысли, всё живое. и дивлюсь, откуда что берётся, но уж лучше так, чем задавить это в себе намертво. хочется, чтобы этот год уже закончился. хоть как-нибудь, но закончился.

22:26 

roses are red and black eyes are blue, she holds herself together with superglue
наступило время, и я встретилась со своим старым монстром лицом к лицу. снова. подошла, пригляделась и абсолютно потеряла к нему интерес. и вот этого я боялась и одновременно жаждала больше всего на свете? это не давало мне спать спокойно и радоваться жизни? да быть того не может. нет же на самом деле в нём (буду честна, речь всё-таки о человеке) ничего загадочного, ничего вдохновляющего или прежде не виданного. поняла, что всё это время, то есть почти два года, я двигалась в верном направлении, искала хорошие вещи, росла и менялась. а он остался прежним. и я увидела его, наконец, в холодном ярком свете - том самом, что жжёт глаза и не даёт упустить ни одной детали. отпустило. it's time to move on.
и в честь всего вышеуказанного хочу поставить в эфире следующую песню:

Download Glee Cast Mean for free from pleer.com

22:35 

roses are red and black eyes are blue, she holds herself together with superglue
смерть неблизкого человека - всегда сумбур, всегда неожиданность и немного нелепость. шёл-шёл, смотрел в небо, в облаках витал, споткнулся и - опа, вот она, реальность. и ты стоишь посреди всего этого и пытаешься понять, как ты вообще здесь оказался. ты абсолютно не понимаешь, как себя вести, куда пойти дальше. тебя вытащили из твоего уютного рутинного мирка на холод, вывели из зоны комфорта практически насильно, и ты шокирован и огорошен, как нагло и внезапно это произошло. говорятся банальные "соболезную", "земля ему пухом", "пусть покоится с миром". и правильно бы сокрушаться, но как грустить о человеке, с которым вы оказались лишь случайными попутчиками, обменявшимися улыбками и ни к чему не обязывающими репликами? и на холоде ты думаешь эти банальные мысли о том, как много можно не успеть, как короток отведённый нам срок, как все мы там будем. почивший не был человеком самым плохим или хорошим, злым или добрым, умным или глупым (как и о нас всех можно сказать). был пожившим, но явно слишком молодым для смерти. но он умер. ты жил-жил, не тужил, не вспоминал о его существовании, а он вот так взял и умер (возможно, заставив тебя думать о нём больше, чем за всю его жизнь). и, казалось бы, вот они - момент и возможность изменить свою жизнь (хотя это и нужно делать каждый день, держать это в голове): воплощать мечты, заниматься любимым делом etc., но по большей части всё, что потом случается - пытаешься забыть об этом побыстрее и вернуться в свою зону комфорта. и так до следующего раза. мир кажется ярче и пронзительнее, и мне очень хочется сохранить это ощущение новизны и благодарности за подаренную возможность просто жить.
я не буду оригинальна, но скажу: покойтесь с миром, Михаил Николаевич.

00:22 

roses are red and black eyes are blue, she holds herself together with superglue
осень почему-то всегда была для меня временем предельной ясности. весна в мечтах, лето в праздности, зима в полусне. а осенью я всегда начинаю новое, отсекаю ненужное, понимаю, чего хочу и особенно - чего не хочу. раз в неделю вижусь с Никитой, мы занимаемся потрясающим (!) сексом, немного разговариваем, обнимаемся, целуемся. я не знаю ничего о том, чем он занимается в остальное время, как живёт. в остальное время мы не общаемся. мне хватает этого одного дня в неделю и того, как мы его проводим. я не хочу бороться с собой: у меня есть определённая модель поведения, через пару месяцев это в любом случае закончится, так что я хочу насладиться, выжать из того, что было любовью (бесконечно задаюсь вопросами а любовью ли? а было ли?), всё до последней капельки и мякоть доесть. хожу на английский по вечерам (на прошлой неделе прогуляла 3/5, но последние две недели буду ходить исправно), по пути домой уплетаю арбуз из бабетты за обе щеки. идёт промежуточная сессия, поэтому сил особо нет вообще ни на что, требуется огромное усилие воли, чтобы просто прибраться в квартире. до 1-ого нужно отправить документы в Бельгию, а я не могу заставить себя сесть написать мотивационное письмо. несмотря ни на что как-то очень спокойно: меня всегда умиротворяла дождливая погода и неспешное падение листьев. думаю: а в четверг приедет Ярик и будет варить том-ям и печь плюшки (как же он готовит!), пить вино и рассказывать, как его бросил парень посредством письма (геи геями, но какие ж мужики свиньи бывают, даже по отношению друг к другу). думаю: 6-ого закончится курс (всего-то 9 дней осталось!), а 7-ого в Дубаи, а это значит - сна, моря и еды вдоволь. думаю, чем буду занимать вечера после возвращения: гитарой? новым курсом английского? ничем? и как-то просто, ясно и по-душевному хо-ро-шо.

23:27 

roses are red and black eyes are blue, she holds herself together with superglue
я учусь прощать. хранить злость не рационально и бессмысленно. да и какое это имеет значение в конечном итоге? когда всё это закончится - символически ли, через пару месяцев, с моим отъездом в Бельгию, или в прямом смысле, для меня, как для человека, в отсутствии жизни - разве мы вспомним худшее, что происходило с нами? даже о тех, кто покинул или предал, вспомнишь лишь светлое, лучшее. как улыбались, смеялись, чувствовали себя счастливыми и свободными, с распахнутыми сердцами и объятиями. так какой смысл хранить и копаться в своей злости, негодовании, требовать какой-то справедливости (относительно себя, конечно же), если можно простить и пойти дальше? вновь вспоминаю, что никто и ничего мне не должен. никто не должен быть мил или добр со мной, даже если он мне друг. никто не должен считать меня хорошим человеком или уважать меня. мой выбор - уважать ближнего, но он мой, он правилен для меня, и я его исполнитель. важно поддерживать чистоту внутри, а всё остальное - мирское, нет смысла волноваться о нём, переживать и портить нервы.
Маша говорит, что моим суждениям нельзя верить ещё 2 месяца после разрыва, а прошла только неделя. и даже если я обманываюсь, то пусть он будет, этот обман, если он помогает мне сохранить остатки нервов.

23:15 

roses are red and black eyes are blue, she holds herself together with superglue
когда меня начинает корёжить, я отгораживаюсь от всех: выискиваю малейшие поводы для ссор, игнорирую телефон, при необходимости общаться, изъясняюсь максимально лаконично. могу целый день стирать одежду или заниматься старыми делами, которые всё откладываю (отправить приятельнице в другую страну вещи, заказать маме билеты на органный концерт, вернуть всё, что когда-то брала на время попользоваться etc.) или читать, но чаще бесцельно бродить по городу, слушать о чём люди разговаривают, как разговаривают. я не знаю, почему это происходит, почему я снова возвращаюсь к этим старым мыслям, путаюсь в них и падаю, пытаюсь подняться и снова падаю, уже все ноги в кровь, а я всё встать пытаюсь.. в такие дни я устаю сама от себя. сон не помогает. Наташа права (по крайней мере, я склонна ей верить) - это всё слишком въелось в меня, тут есть какая-то связь, что как только мне становится хорошо, он тут же появляется в моей жизни. я болею этим раз в несколько месяцев, болею тяжело и затяжно - иллюзиями, фантазиями, мечтами. меня уже давно не смущает, что этому не сбыться - тут важно быть максимально честной с самой собой - и вот варюсь в этом, хриплю и пытаюсь всплыть на поверхность.
давным давно я отучила себя говорить о том, что болит на самом деле (да и все, кто знали о происходящем, устали слушать об этом, что очевидно для уровня моего понимания ситуации). но это не имеет выхода, мне нужно куда-то слить это, выплеснуть, уже мозг кипит. я понимаю, что как только начнутся курсы, мне уже будет не до всех этих пиздостраданий (по-другому это назвать просто не могу), потому что банально будет не хватать времени и сил. по крайней мере я на это надеюсь. скорее бы.

URL

всё, что ты любил когда-то, ветром унесёт

главная